Приемный сын (Часть 10) Привет с того света

Руслан
2020-11-12 21:43:54

— Разрешите войти, товарищ генерал, — спросил разрешения помощник Паршутина, просунув голову в приоткрытую дверь.
— Валяй, — с безразличием ответил генерал, не отрывая взгляда от компьютерного монитора.Помощник прошел по кабинету уверенной походкой, держа в руках красную папку и, поравнявшись с рабочим столом Ильи Анатольевича, произнес, замерев по стойке смирно:

— Разрешите доложить, товарищ генерал!— Что у тебя, Володя? — Паршутин неохотно оторвал взгляд от монитора, и пристально посмотрел на своего помощника поверх очков.— Получили свежую сводку за сегодняшний день, и там есть один весьма любопытный эпизод.— Давай сюда, — генерал протянул правую руку и, приняв в нее папку, тут же принялся изучать лежащие внутри бумаги.Минут пять Илья Анатольевич пристально всматривался в документы, вчитываясь в каждое слово, но особое внимание он уделял нескольким фотографиям с изображением лица мужчины, которые были сделаны на месте преступления. Временами генерал потирал ладонью лоб, что говорило о том, что полученная им сейчас информация заставляла его очень сильно нервничать.— Может просто похож сильно? — с надеждой в голосе спросил он у помощника, который все это время стоял рядом со столом, и наблюдал за реакцией своего шефа.— Пока сложно что-либо утверждать без дополнительного опознания и экспертизы, — поспешил ответить Володя. — По обнаруженным в машине документам он являлся Котовым Сергеем Юрьевичем, но один из тех оперов, которые прибыли туда по вызову, опознал его как вашего бывшего помощника. Они раньше были соседями, жили на одной лестничной площадке.— Ну… по фото вроде он. А что они вообще там делали, эти опера? — раздраженно спросил генерал, бросая на стол фотографию. — И кто был в скрывшейся машине?— В местную дежурную часть поступил звонок о том, что на территории бывшей части планируется бандитская разборка, вот они и решили сперва проверить информацию, а в случае подтверждения, вызвать подмогу. Звонок был, естественно, анонимным.— А машина, — напомнил ему генерал про второй вопрос.— Темно-синяя «Мазда», седан…— Да это я уже прочитал в отчете, — раздраженно перебил его Илья Анатольевич. — Я спрашиваю: в машине кто был?— Виноват, товарищ генерал, — тут же оправдал свою ошибку помощник. — Опера лиц не видели, утверждают лишь то, что их было двое, и один из них, скорее всего, был подростком.— Интересно… — задумчиво произнес генерал. — А на какой машине передвигается Константин Черкасов?— Я как раз об этом и хотел вам сказать, товарищ генерал, — Володя слегка оживился. — У Константина как раз такая же модель, какая была замечена на месте преступления. Мы проверили камеры слежения на всех въездах в город за первые два часа, и выяснилось, что в город они не возвращались. Ориентировку на них разослали по всем постам, пока не официально.— Молодец, — похвалил помощника Илья Анатольевич. — Значит, они прячутся где-то за городом.— Либо за городом, либо вернулись в город на попутке или в пригородном автобусе, — скорректировал помощник вывод генерала. — Мы проработаем все варианты.— Дело уже забрали?— Так точно, — отчеканил Володя, и замер в ожидании дальнейших указаний.— Пацанов официально к делу не приобщайте, — начал генерал, после небольшого раздумья. — Жертва пусть пока проходит как Котов, не хватало нам еще лишней шумихи. С операми этими проведите профилактическую беседу, чтобы помалкивали.— Это все? — поинтересовался помощник, когда генерал взял паузу.— По этому делу, да. — Илья Анатольевич вновь посмотрел на фото жертвы и добавил. — Воронцова Андрея под круглосуточное наблюдение и на прослушку, но только без санкций, по-тихому все. Привлеки к этому самых проверенных ребят. Отчет два раза в день… И подготовь машину, через полчаса выезжаем.Когда помощник покинул кабинет, генерал взял со стола свой мобильный и, найдя среди контактов абонента «Сырников Глеб», нажал на кнопку вызова.— Приветствую вас, Илья Анатольевич, — послушался в динамике бодрый голос подполковника в отставке. — Чем обязан?— Здравствуй, Глеб, — по-старчески добродушно произнес генерал. — Ну как там на пенсии, корни еще вместе с кабачками своими на даче не пустил?— От кабачков стараюсь держаться подальше, не моя это тема, Илья Анатольевич, — отшутился собеседник. — Я больше по части сладенького.— Ну и замечательно, — вздохнув произнес генерал. — Я сейчас к тебе подъеду. Ты на даче?— Так точно, — отчеканил Глеб.Через час служебный автомобиль генерала остановился возле невысокого металлического забора, за которым находился дачный участок его бывшего подчиненного, с которым они вместе начинали карьеру в органах внутренних дел. Три года тому назад Сырников Глеб Иванович вышел на пенсию и перебрался загород, оставив свою городскую квартиру своей супруге, с которой в последнее время имел лишь формальные взаимоотношения.— Хорошо тут у тебя, — произнес генерал, здороваясь за руку с хозяином дачи. — Птички поют, деревья шумят, свежий воздух. Прям все как доктор прописал.— Так и вам бы уже пора на покой, Илья Анатольевич, — расплылся в улыбке Глеб Иванович. — Сколько уж можно родине служить, надо бы и о себе подумать.— Да я бы с удовольствием, Глебушка, — ответил ему генерал, направляясь за ним по узкой тропинке, ведущей к беседке. — Да только дело одно никак не отпускает. Вот как завершу все, так сразу и пошлю эту службу ко всем чертям.В беседке их уже ждал накрытый стол с ягодами и фруктами, а посередине стола величественно возвышался медный самовар, испуская из себя ароматный дымок еловых шишек.— Красавец, — одобрительно произнес генерал, глядя на изобретение братьев Лисицыных (Братья Иван и Назар Лисицыны – первые исторически зарегистрированные самоварщики – Прим. автора).Отведав угощения с местных грядок, и получив настоящее наслаждение от ароматного чая, Илья Анатольевич перешел к делу.— Скажи мне, Глеб, — произнес генерал, ставя на стол пустую чашку. — Ты мог бы поверить в воскрешение человека?— Теоретически, нет, а вот практически… вполне себе возможно, — ответил хозяин дачи.— Не понял, — удивился Илья Анатольевич. — Этот как так?— Да было у меня за время службы пару случаев, когда человека все считали мертвым, а он неожиданно появлялся, и выглядел живее всех живых.— Ну… тогда вот тебе… третий случай в твою копилку, — тяжело вздохнув, произнес генерал и, достав из сумки ту самую красную папку, протянул ее Глебу.Внимательно ознакомившись с документами Глеб Иванович взял в руку фотографию, и задумчиво произнес:— Постаревший он тут какой-то.— Ну уж извини, — усмехнувшись сказал гость. — Ведать не вышло, четырнадцать лет тому назад, сделать его вечно молодым.— А где он скрывался все эти годы, ведь четырнадцать лет, это не малый срок, — все еще пребывая в задумчивом состоянии продолжал свои размышления подполковник. — И что он делал в этой части? Встречался с кем-то?— Скажи мне Глебушка, — генерал немного наклонился вперед. — Ты вот зачем сейчас мне все эти вопросы задаешь? Это я к тебе приехал с вопросами. Как так вышло, что Егор Сафронов, убийство которого ты расследовал, оказался не только жив, но еще и активным участником всей этой истории с Дмитрием Барышевым? Он встречался там с его сыном. Ну… или хотел встретиться.— Так это надо парней Коли «Слона» спросить, почему он жив, — слегка возмутился Сырников. — Расследование я тогда провел, как вы и просили, тщательное. Установили всех причастных к убийству вашего помощника. Виктор Черкасов во всем сознался и дал показания против «Слона», что именно он заказал ему Сафронова. Необходимый материал вы получили, ко мне то теперь какие претензии?— Кто тогда проводил экспертизу тел? — глядя в глаза своему собеседнику, строго спросил Илья Анатольевич.— То ли Левцов… то ли Левинцев, — попытался вспомнить подполковник. — Надо в деле посмотреть. Не могу сейчас точно вспомнить его фамилию.— Алексей Левищев, — напомнил ему (да и самому себе) генерал.— Точно! — подтвердил Сырников, щелкнув пальцами. — Но только он мигрировал в Германию лет десять тому назад, по линии супруги, и с него теперь навряд ли что спросишь.Илья Анатольевич раздраженно потер свой лоб и, посмотрев на своего бывшего подчиненного, строго произнес:— Посмотри мне в глаза, Глеб… Ты точно ничего от меня тогда не скрыл?— Клянусь вам, Илья Анатольевич, — с серьезным видом ответил Глеб. — Я следовал тогда строго в рамках вашего приказа, никакой самодеятельности с моей стороны и быть не могло.В воздухе повисла небольшая пауза, которую первым нарушил генерал.— Я тебе верю, Глеб, но и ты должен меня понять. Ситуация сейчас не самая простая, мы все как на иголках. Любое неверное движение, любой форс-мажор, и последствия будут настолько опасными, что мы с тобой даже до суда не доживем. Ты понимаешь, о чем это я?— Так точно, — ответил подполковник, сглотнув подкативший к горлу ком.— Сегодня тебе привезут дело Сафронова из архива, под мою личную ответственность, — перешел Илья Анатольевич на более мягкий тон. — Еще раз все тщательно там проверь. Но теперь посмотри на это дело с другой стороны. Не так, как ты смотрел на него выполняя тогда мой приказ, а как самый дотошный УСБ-шник, который хочет найти в нем хоть малейшую не состыковку: в уликах, показаниях, экспертизе и прочем. Договорились?— Будет сделано, товарищ генерал…Уже проводив своего гостя до калитки, Глеб Иванович обратился к нему с вопросом:— Илья Анатольевич, а что же это тогда получается, что Виктор Черкасов отбывает срок за то, чего по сути не совершал?Генерал резко остановился, повернулся к хозяину дачи и, заботливо поправив на нем ворот рубашки, произнес вполголоса:— Виктор Черкасов, Глебушка, отбывает свое заслуженное наказание за то, что в 2006 году, вместе со своим подельником Андреем Воронцовым, которого ввиду особых обстоятельств переквалифицировали в свидетеля, совершил заказное убийство двух лиц и, чтобы замести следы своего страшного деяния, поджог дом, где, собственно, и было совершено данное преступление.Сделав небольшую паузу, генерал продолжил:— И наша сейчас с тобой основная задача выяснить: почему так вышло, что один из убиенных неожиданно воскрес, а также, кто являлся организатором всего этого спектакля и зачем ему это понадобилось. Так что, рано вы себя на пенсию отправили, товарищ подполковник. Работы у нас еще непочатый край…Илья Анатольевич опустился на заднее сиденье своего служебного автомобиля и, как только помощник Володя захлопнул за ним дверь, достал свой мобильный и набрал на нем номер своего шурина.— Привет! Ты у себя? — поинтересовался генерал и, получив ответ от собеседника, произнес. — Ну и еще лучше. Заодно и крестницу свою повидаю. Ставьте чайник, товарищ полковник, через час буду у вас.                                                                                                                                                                          Приемный сын (Часть 11) У каждого свои тайны

— Кто это там был? — спросил Костя брата, свернув автомобиль на проселочную дорогу.
— Мужик какой-то, — все еще пребывая в шоке от случившегося ответил Антон. — И он там это… чувака того завалил, который с нами встретиться хотел.

— Как завалил?! — от этих слов Костя резко нажал на тормоз, отчего Антон моментально свалился с заднего сиденья.— Поаккуратней, блин! — возмутился он, поднимаясь с пола.— Извини, но я сам не ожидал, — искренне произнес Костя, повернувшись к брату и, похлопав его по плечу, добавил. — Ты ничего там не попутал от перепуга, он реально его завалил?— Реальней некуда, — ответил брат, потирая лоб. — Давай я вперед пересяду, а то тут стекла везде.Перебравшись на переднее сиденье Антон посмотрел на Костю и спросил:— Ты тех двух мужиков успел разглядеть?— Нет.— Кричали они прямо как менты, — Антон перевел свой взгляд на разбитое заднее стекло. — Пипец, блин, теперь без стекла мы как с особой приметой.— Надо тачку спрятать, — бросил Костя, трогая машину с места.Когда братья приехали на дачу, то первым же делом стали подыскивать подходящее место, где можно будет временно укрыть машину от посторонних глаз, если вдруг кто-то решит заглянуть через забор на участок.— Ну я кроме как за этим сараем больше не вижу других вариантов, — сделал свое заключение Антон, рассматривая расстояние между хозяйственной постройкой и соседским забором.— Это не сарай, а дровник, — поправил его брат.— Какая разница, — отмахнулся Антон и, посмотрев на брата, добавил. — Поместишься за ним, умник?— Будешь регулировать, — Костя осмотрел двор, и произнес с тяжелым вздохом. — Серега меня за газон точно укокошит.Справившись за час с маскировкой машины, тщательно скрыв ее под брезентом и разным хламом, парни отправились в дом, чтобы приготовить себе обед.— Ты родителям хотя бы позвони, а то волноваться начнут, что наши старые номера отключены, — посоветовал Костя брату, чистя на кухне картошку.— А что сказать?— Скажи, что тебя похитили инопланетяне и в космосе твоя мобила не ловит связь, — отшутился старший брат.— Ну а если серьезно?— Ну а если серьезно, то скажи, что телефон свой потерял, и пока будешь на этом номере, — Костя кинул отчищенную картофелину в чашку с водой, и разлетевшиеся брызги попали на лицо Антону. — Что ты как маленький.— Идиот, блин, — раздраженно бросил брат, стряхивая с себя ладонью капли. — Нас сегодня чуть было не замочили, а ты все прикалываешься.Он взял со стола мобильный и вышел на улицу.Поговорив с матерью у Антона возникло такое ощущение, что они с отцом не особо переживают за его отсутствие. Она даже толком не стала его расспрашивать о том, каким именно образом он умудрился потерять свой телефон. Хотя, при других обстоятельствах ему грозил бы как минимум получасовой «вынос мозга» про то, как тяжело зарабатываются деньги, а он так безалаберно относится к купленным на них вещам.— Поговорил? — спросил его Костя, когда он вернулся на кухню.— Поговорил, — вздохнув ответил брат. — Что-то это все как-то подозрительно выглядит.— Что именно?— Ты прикинь, мать даже не наорала на меня за то, что я типа телефон потерял, — недоумевая начал Костя высказывать свои сомнения. — Я даже удивился, когда она так спокойно это восприняла. Отец так вообще, даже говорить со мной не стал, лишь передал привет. Может им всем на меня пофиг уже?— Да успокойся ты, Антоха, — Костя встал, и подошел к раковине, чтобы промыть картошку. — Это естественно, что тетя Надя не стала на тебя орать. На тебя ведь и так навалилось за последние дни столько, что тебе и без ее оранья достаточно будет. Хватит уже всех подозревать в том, что они хотят тебе зла, может все даже наоборот, и все лишь оберегают тебя от чего-то. А мы с тобой уперлись как два барана и прем против шерсти. Уже вон, один жмурик есть на нашей совести.— И от чего же меня могут оберегать? — Антон посмотрел вопросительно на брата.— Да я откуда знаю, Антох! — раздраженно бросил Костя, вытирая полотенцем руки. — Может у тебя на башке татуха с картой сокровищ… а может ты вообще, внебрачный сын нашего президента и все твои родители – ФСО-шники.— Опять ты свою Петросянщину включаешь, — обиделся на него брат.— Да ладно тебе, братишка. Не обижайся, я же не со зла, — Костя достал с полки сковороду и поставил ее на плитку. — Не переживай, решим мы твои проблемы. Вот похаваем сейчас и сразу же начнем решать. У меня тут идейка одна появилась…Тамара Васильевна слегка насторожилась, когда до нее донесся необычный стук во входную дверь, который больше был похож на условный знак. Ухватившись за свою палку, она осторожно поднялась с дивана и, не надевая тапочек, направилась в коридор.— Это ты? — спросила старушка, прислонившись к двери головой.В ответ прозвучали два коротких и один длинный стук. Облегченно вздохнув, хозяйка потянула руку к замкам. В открывшейся двери появился мужчина в сером спортивном костюме, который буквально несколько часов тому назад угрожал расправой ее внукам.— Можешь как-то заранее предупреждать о своем приходе, — почти шепотом возмутилась Тамара Васильевна, закрывая дверь за своим таинственным гостем. — Так и инфаркт можно получить.— Не свисти, Васильевна, ты еще нас всех переживешь, — усмехнувшись произнес гость и, сняв кроссовки, направился в ванную. — У тебя пожрать есть чего, а то я что-то проголодался с этой беготней.— Специально для тебя пельменей налепила, — недовольно пробурчала бабка и направилась на кухню.Когда она уже закидывала пельмени в кипящую воду на кухне появился гость.— Я там вещи в пакет сложил, выкинешь потом, — произнес он, вытирая голову полотенцем.— Хорошо, — вновь пробурчала бабка и, строго посмотрев на него, спросила. — Ну, как все прошло?— Ой, Васильевна, — тяжело вздохнул гость. — Ты даже не поверишь, кого мне там довелось встретить.— Да уж почему не поверю, — Тамара Васильевна помешала шумовкой в кастрюле пельмени. — В тебя же я поверила. Так что, меня теперь ничем не удивишь.— Ну ты бы лучше присела, а то мало ли чего.— Я тебя сейчас вот этой шумовкой как огрею, — возмутилась бабка, угрожающе подняв над головой кухонную принадлежность. — Устроил мне тут «поле чудес». Не томи давай. Что произошло?— Ну я тебя предупредил, — гость как-то искоса посмотрел на хозяйку квартиры. — Тот таинственный «доброжелатель», который сегодня собирался встретиться с Антоном, оказался воскресшим Егором Сафроновым.От услышанного бабка замерла, и даже когда пельмени поднялись в кипящей воде до края кастрюли, она не обратила на это внимание. Чтобы предотвратить «побег» своего обеда, гость резко подскочил со стула и, прикрутив огонь на конфорке, выхватил у нее шумовку.— Я же тебе говорил, что лучше было бы присесть.Только теперь Тамара Васильевна последовала его совету. Присев на табуретку, она посмотрела сквозь белую тюль в окно и, не отрывая от него своего взгляда, проговорила:— А ведь я знала, что Витя тогда от меня чего-то скрыл. Ведь неспроста это было, что он так легко во всем признался. И все эти деньги, которые Костя с Маринкой получали, они же тоже не могли из ниоткуда взяться.— Ну вот Сафронов и был этим спонсором, — произнес гость, пробуя на готовность горячий пельмень. — Все меня тогда подставили, уроды.— Ты хоть узнал у него, зачем ему Антон понадобился, — бабка перевела свой взгляд на гостя, который выпускал пар со рта, исходящий от горячего пельменя.— Не-а, — произнес мужчина, наконец-то распробовав еду. — Еще минута и будет готово.После этого он повернулся к Тамаре Васильевне.— Он, как только меня увидел, сразу за ствол потянулся. Так что, разговора по душам у нас с ним не получилось, — гость отвернулся к кастрюле и добавил. — Зато теперь можно быть полностью уверенными в том, что эта гнида Сафронов отправился к своим праотцам… Надеюсь, гореть он будет в аду, как и все мы.— Прямо парад мертвецов у нас в городе, — старуха поднялась и подошла к раковине, чтобы наполнить стакан водой. — Сперва ты, теперь этот Егор…Отобедав, гость прошел в зал и, пока хозяйка мыла за ним на кухне посуду, встал на табуретку и провел ладонью по поверхности шкафа. Сделав удивленное лицо, он проделал то же самое действие, но только уже по внутренней стороне крышки стола.— Интересно, — загадочно произнес он, и направился на кухню.— Скажи мне, Васильевна, — обратился он к бабке, встав у нее за спиной. — А тут у тебя никто шмон в твое отсутствие не делал? Ну, или сама ты ничего подозрительного не находила? Микросхемки там всякие.— Ты если хочешь чего спросить, то спрашивай конкретно, а не своими этими вот загадками, — зло ответила ему Тамара Васильевна, даже не обернувшись.— Вот я и спрашиваю тебя конкретно: ты куда жучки дела, дура старая?— Ты совсем из ума выжил? — старуха резко обернулась и бросила ему в ноги мокрую тряпку. — Ни про какие жучки я даже и знать не знаю. Это ты мне лучше ответь: следил за мной, да? Вот это как ты меня значит отблагодарить решил. Я тебя приютила, пельмени тебе тут варю, а ты мне под юбку заглядываешь. Да если бы я захотела, тебя бы в первый же день вперед ногами отсюда вынесли.— Вот только давай без этого, Васильевна, — гость пригрозил ей указательным пальцем. — Ты же прекрасно знаешь, что никому в этой жизни я больше доверять не буду. Мы тут с тобой не в песочнице играем, и я должен все контролировать. Второго шанса у меня больше не будет… И если ты вздумала со мной хитрить, то лучше покайся, пока еще не поздно. Кто жучки обнаружил?Последнюю фразу он процедил сквозь зубы, глядя прямо в глаза старушке.— Люди Паршутина здесь рылись, — абсолютно спокойно ответила она. — Искали какие-то бумаги, которые Витька якобы у него когда-то украл.— Что за бумаги и почему именно сейчас? — с подозрением спросил гость.— А я по чем знаю, — огрызнулась бабка. — Они сейчас все как белены объелись. Все боятся, что кто-то из них первым до бумаг доберется, вот и перестраховываются друг перед другом.— Дура ты старая, — в сердцах выдал гость. — Почему сразу мне об этом не сказала? А если они тут жучков тебе понатыкали? Ты хоть представляешь, что теперь будет?После этих слов мужчина сразу же направился в спальню, где в шкафу хранились его запасные вещи, среди старых вещей Виктора.— Мне больше не звони. Как понадобишься, я сам выйду на связь, — давал он инструкции Тамаре Васильевне, поспешно надевая на ноги кроссовки. — Если Паршутин все знает, то считай, что вся наша операция накрылась медным тазом. И виновата в этом будешь ты: глупая, старая женщина.Когда старушка закрыла за ним дверь, то она почувствовала себя настолько плохо, что тут же подошла к тумбочке, на которой стоял стационарный телефон и, сняв с него трубку, набрала номер «112».— Алло, девушка, а можно скорую…                                                                                                                                                                                                      Приемный сын (Часть 12) Дело журналистов

Спустя шестнадцать лет вернуться в свой родной город было не простое решение для бывшего журналиста, а ныне депутата Московской городской Думы Ткачева Игоря Алексеевича. Пусть даже его поездка и носила частный характер, но он прекрасно понимал, что его неожиданное появление в городе может вызвать очень много вопросов и подозрений у тех людей, кто все еще до сих пор считал его своим злейшим врагом. И таких было немало.
Игорь приехал на похороны своего давнего товарища и наставника Чугунова Андрея, с кем он не переставал поддерживать дружеские отношения даже после своего отъезда в столицу. Хоть Андрей и считал его предателем их профессиональной деятельности, сбежавшим из города, вместо того, чтобы продолжить совместно начатую борьбу за справедливость, но их многолетнюю дружбу он всегда ставил на первое место.«Все мы чего-то боимся в этой жизни, — любил философствовать Чугунов, когда в очередной раз созванивался со своим учеником и другом. — Но знай, Игорь, что именно страх является самой мощной силой, которая способна либо разжечь, либо погасить в человеке его скрытый потенциал. И, к сожалению, ты проиграл в этой схватке. Но я тебе не виню, ведь у каждого из нас есть свое право на выбор».Иногда Игорю казалось, что Андрей вообще ничего не боялся в этой жизни, ведь он всегда шел наперекор любым вызовам и опасностям. Он мог написать что угодно и про кого угодно. Несколько раз на его жизнь покушались, его лишали всех возможных аккредитаций, возбуждали против него уголовные дела, запугивали, угрожали, но он всегда был верен своему профессиональному принципу: журналист – это четвертая власть, а за власть всегда надо бороться. И он боролся, до самого своего последнего дня. Каким-то чудеснейшим образом он одерживал множество побед, какие бы громкие фамилии не фигурировали в его публикациях, но победить тяжелую болезнь было не под силу ни ему самому, ни врачам лучших израильских клиник.В здании местной филармонии, на похоронах именитого журналиста и главного редактора независимого областного Интернет-издания, собрались в основном близкие друзья, немногочисленные дальние родственники (своей семьи у Андрея не было) и коллеги. Но один из гостей вызвал среди этой скорбящей публики неподдельное удивление и одновременно скрытое недовольство.Голубев Степан Алексеевич появился в сопровождении своей помощницы, молодой особы Виктории, и двух телохранителей, которые пристально оглядывались по сторонам, выискивая среди толпы подозрительных личностей. Губернатор лично приехал проститься с человеком, который когда-то чуть было не разрушил его политическую карьеру.«Ты смотри, сам решил убедиться, что Андрюхи больше нет»; «Жить ему толком не давали, так теперь еще решили и на костях сплясать»; «Ни стыда, ни совести у этих чиновников» – звучали полушепотом фразы, в притворно дружелюбной толпе, вперемешку с заискивающими приветствиями к губернатору.Степан Алексеевич возложил цветы к фотографии журналиста и, остановившись у изголовья, простоял абсолютно неподвижно около минуты. Перекрестившись три раза, он все также молча направился к выходу, ощущая на себе тяжелые взгляды всех тех, кто находился сейчас в этом зале, и на время позабывших о том, для чего они здесь сегодня собрались.С Игорем они практически столкнулись на крыльце филармонии. По выражениям на их лицах несложно было догадаться, какое удивление от неожиданной встречи они вызвали друг в друге.— Вот уж и не думал, что ты решишься вернуться в город, — высказался первым губернатор, протягивая для приветствия руку.Ткачев подозрительно посмотрел на чиновника и, оставив его жест без внимания, произнес:— Можете не беспокоиться, Степан Алексеевич, я здесь с частным визитом, и уже через два дня покину ваши владения.Губернатор с усмешкой взглянул на свою ладонь.— А ты знаешь, это, наверное, знак, — загадочно произнес он, убирая руку. — Давай не будем сейчас устраивать шоу в столь людном месте, а встретимся сегодня у меня дома. Скажем… в часиков шесть вечера. Я не думаю, что ты захочешь надолго задержаться среди этой потешной публики, — губернатор кивнул в сторону филармонии.— И чем же я буду обязан вашему вниманию, господин губернатор? — с издевкой проговорил Игорь.— Ну, во-первых, помянем нашего, как это не странно для тебя сейчас прозвучит, общего друга, — Степан Алексеевич произнес это достаточно серьезно, чем вызвал настоящее недоумение на лице собеседника. — Ну а во-вторых, я хочу поделиться с тобой ценной информацией из последних пару лет жизни Андрея. И поверь мне, тебя это не только удивит, но и очень сильно заинтересует.Ткачев не готов был к такому повороту событий и, в отличие от губернатора, который достаточно быстро сориентировался в ситуации, взял небольшую паузу.— Хорошо, — произнес он через несколько секунд. — Куда мне подъехать?— Виктория, — обратился Степан Алексеевич к своей помощнице, которая все это время стояла в двух шагах по правую сторону от шефа. — Сообщите, пожалуйста, господину Ткачеву мой домашний адрес, и оставьте ему, на всякий случай, мой прямой мобильный номер.— Ну, что ж, Игорь, до вечера, — кивнув попрощался губернатор и направился к своему служебному автомобилю, который ожидал его все это время возле лестницы.Девушка мило улыбнулась, достала из своей небольшой сумочки визитку и, продиктовав московскому гостю номер телефона, откланялась в след за своим начальником, который уже скрылся от посторонних глаз за плотной тонировкой боковых стекол черного «мерседеса».Все это время двое молодых людей, расположившись на передних сиденьях автомобиля, припаркованного в нескольких метрах от главного входа в филармонию, вели фото и видеосъемку всех тех, кто входил и выходил из здания. Когда в объективы их камер попали губернатор и незнакомый им мужчина, они полностью сосредоточились на их встрече, фиксируя каждый жест участников этой уличной беседы.— Интересно, с кем это губер так мило общается? — высказался в слух парень с рыжеватыми волосами и такого же цвета смешной «козлиной» бородкой.— Наше дело снимать видосики и фоточки, а все остальное не наша головная боль, — напомнил ему напарник с лысой головой и образом типичного бандита из 90-х, делая фото на телефон. — Сейчас пару снимков скину шефу, пусть посмотрит.Степан Алексеевич оказался абсолютно прав, когда высказал Игорю свое мнение о большинстве тех, кто пришел проводить в последний путь его близкого друга. Немного пообщавшись с бывшими коллегами и несколькими знакомыми, Ткачев поспешил покинуть столь грустное мероприятие и отправился по одному адресу, который должен был стать второй целью его визита в родной город…Квартира, расположенная в центре города, в типичной «хрущевке», была когда-то для Игоря вторым домом. Здесь он скрывался от своих врагов, от жены и от всех тех, кого просто не хотел видеть. Антонина Елисеева на протяжении пяти лет была ему не только любовницей, но и «боевой подругой», которая готова была даже пойти на должностное преступление, лишь бы достать для своего возлюбленного нужную ему информацию.Свою службу в следственном комитете Антонина считала призванием, и полностью отдавалась делу, обменяв замужество и детей на карьеру. Игорь был тогда для нее единственным человеком, который мог хоть на время вернуть ее в параллельную реальность, где помимо следственных действий были еще обычные человеческие будни. Но увести любовника из семьи у нее не вышло, и когда она уже практически смирилась со своим статусом, Игорь неожиданно исчез из ее жизни, оставив ее наедине с проблемами, которые возникли после его побега.И вот, спустя шестнадцать лет, он позвонил ей и сообщил о том, что завтра будет в городе и хотел бы с ней встретиться…— А ты знаешь, — задумчиво произнесла Антонина, когда они сидели на кухне и пили чай. — Я ведь первые пару лет вообще к себе никого из мужчин не подпускала. Все надеялась, что ты вернешься. Думала, пройдет вся эта шумиха с Паршутиным, и ты вновь станешь моим спасательным кругом, во всем этом омерзительном мире. Но нет, оказывается, ты решил меня поберечь…— Ну хватит, Антонина, — с сожалением в голосе произнес Игорь. — Я ведь действительно тогда не знал, что у тебя возникли из-за меня проблемы, и люди Паршутина тебя прессовали. Я честно, хотел только одного, чтобы вся эта история обошла тебя стороной.— Ты зачем приехал, Ткачев? — хозяйка квартиры отхлебнула чаю из чашки и, поставив ее на стол, посмотрела на гостя.— Повидаться.— Мм… вот оно что, — Антонина загадочно посмотрела на стоявшую перед ней чашку, проведя кончиком указательного пальца по ее краю. — Ну ты же мог после того, как с Паршутиным все разрешилось позвонить мне, написать письмо, приехать, в конце то концов. Но вместо этого ты прислал ко мне Барышева, с кипой компромата, которым можно было уничтожить одним махом всех твоих врагов.После этих слов она вновь взглянула на Игоря.— Ты решил тогда поквитаться с ними чужими руками: моими и отчаявшегося бизнесмена… Прав был Андрей. Ты трус, Ткачев. Когда перед тобой на горизонте появляется крупный хищник, ты прячешься в свою норку, оставляя на поверхности своих друзей, знакомых, любовницу и посторонних тебе людей. Всех, на кого тебе абсолютно наплевать.— Что ты такое говоришь, Тоня, — попытался возразить Игорь, но получилось это у него не совсем убедительно.— Игорек, ты же совсем не за этим ко мне пришел. Тебе нужны документы, и ты почему-то решил, что они могут быть у меня. Я права?Ткачев тяжело вздохнул и посмотрел на Антонину печальным взглядом. Он прекрасно понимал, что эта встреча не будет такой теплой, как все предыдущие, когда он с таким душевным успокоением приходил в эту квартиру.— Ладно, Антонина… прости меня, что вот так вот просто ворвался в твою жизнь. Мне действительно не стоило этого делать. Я, пожалуй, пойду. Извини еще раз за все то… что тебе пришлось пережить из-за меня… но я действительно этого не хотел.Игорь поднялся из-за стола и направился к выходу.— Они были у меня, — неожиданно прокричала Антонина из кухни, когда он уже открывал замок входной двери.— Кто, они? — вернувшись, спросил Игорь.— Часть документов, — Антонина все еще продолжала неподвижно сидеть и смотреть в одну точку. — Я ведь изначально прогнала Барышева, но потом подумала, что может это мой звездный час: сорвать крупный куш и уехать с этого проклятого города. Через пару дней я встретилась с Дмитрием, и он передал мне компромат на Паршутина, его шурина Калмыкова, Колю «Слона» и еще некоторых чиновников из областной администрации. Он ведь тогда прекрасно понимал, что обладать такой информацией, это еще не значит победить. Насколько я его поняла, он сделал несколько десятков копий и спрятал их у разных людей, которым более или менее мог доверять.Она посмотрела на Игоря и, слегка прикусив нижнюю губу, добавила:— Благодаря тебе, Игорек, я стала одним из этих доверенных лиц. Но когда я узнала, что семья Барышевых бесследно исчезла, то мое стремление к быстрому обогащению как-то само собою угасло. Я уничтожила документы и решила, что работа в канцелярии следственного комитета будет для меня самым безопасным занятием.— Сын Барышевых остался жив, — произнес Ткачев.— Как жив? — не поверила его словам Антонина.— Людмиле Барышевой каким-то образом удалось оставить его у своей подружки, — Игорь прошел на кухню и, тяжело опустившись на стул, произнес. — Антон вырос в семье Черкасовых, и через несколько месяцев ему исполняется восемнадцать лет.Эта новость вызвала на лице его бывшей любовницы самое настоящее недоумение. Она почти минуту обдумывала полученную сейчас информацию, пока Игорь не прервал ее размышления.— Мне действительно уже пора идти, — посмотрел он на настенные часы. — В шесть у меня важная встреча, не хотел бы опаздывать.— Да, конечно, — вернулась в реальность Антонина и, посмотрев на Игоря, спросила. — Ты вернешься?— А надо?— Я буду ждать, — с теплотой в голосе произнесла женщина.                                                                           Приемный сын (Часть 13) Дело журналистов (ход губернатора)

Выйдя из подъезда Игорь присел на лавочку, чтобы дождаться вызванного им такси. Встреча с Антониной оказалась для него весьма энергозатратной, и он давно не чувствовал такого морального истощения от разговора с женщиной. Даже когда шесть лет тому назад он решился обсудить с супругой их развод, все прошло куда более спокойнее для его душевного состояния, и это несмотря на то, что супруга закатила тогда ему знатный скандал.
Такси подъехало минут через пять. Опустившись на заднее сиденье, Игорь повернул свою голову к окну, и с безразличием принялся рассматривать проносящиеся мимо него городские пейзажи. Теперь они казались ему настолько чужими, что он почувствовал легкий дискомфорт от своего присутствия в этом городе, которому посвятил тридцать один год своей жизни…Карьеру журналиста он начал в 1996 году, в редакции небольшой областной газеты, которая выходила в печать раз в неделю и специализировалась на местных событиях, в основном носящих криминальный характер. Игорь попал тогда в команду Чугунова Андрея, освещающей самые громкие преступления, происходящие в их области. Поначалу Андрей сомневался в способностях юноши добывать нужные редакции материалы, и поручал новичку несложные задания. Но все изменилось после того, как спустя полгода своей работы Игорь положил ему на стол папку, которая содержала в себе очень важную информацию. Так началась блестящая карьера криминального журналиста Ткачева.— Что это? — с безразличием спросил Чугунов, сидя за своим рабочим столом и набирая текст на компьютерной клавиатуре, неуклюже тыкая в нее указательными пальцами обеих рук.— Компромат на нашего мэра, — достаточно спокойно ответил Игорь, присаживаясь на стул. — Здесь собранно столько материала, что если был бы жив Набоков, то он обязательно бы написал ремейк на свою знаменитую «Лолиту».Ознакомившись с содержанием папки, Чугунов отложил в сторону очки и, принявшись медленно массажировать пальцами виски, произнес:— Ты знаешь, Игорь. Ведь я с самого начала считал тебя бездарным, и рассчитывал на то, что ты свалишь от нас в первый же месяц работы… Но я ошибся.После этих слов он привстал со стула и протянул парню свою мощную ладонь:— Добро пожаловать в семью, журналист!…Когда такси остановилось возле двухметровых ворот, преграждающих въезд на закрытую территорию загородного поселка, Игорь еще несколько секунд пребывал в своих воспоминаниях, пока водитель не вернул его в реальность.— Приехали, — прозвучал в салоне хриплый голос. — Нужно охране сообщить номер участка.Из небольшого двухэтажного строения появился молодой человек, в униформе охранника и, подойдя к машине, спросил:— Вы к кому?— Участок 17 «А», — произнес Игорь в опускающееся стекло.— Ваш паспорт, пожалуйста, — обратился к нему охранник, и добавил. — Такси можете отпускать, дальше только на гостевом транспорте.Спустя пару минут к зданию КПП подъехал шестиместный гольфкар, за рулем которого был седовласый мужичек лет пятидесяти.Загородная резиденция губернатора представляла собой трехэтажный коттедж, выполненный в стиле хай-тек, и прилегающего к нему полгектара участка, на котором расположились: летняя кухня, гостевой домик, несколько хозяйственных построек, беседка, бассейн, теннисный корт и небольшое искусственное озеро.Остановившуюся возле крыльца машину встречала помощница мэра.— Рада вновь вас видеть, господин Ткачев, — широко улыбаясь, произнесла Виктория. — Степан Алексеевич ждет вас в своем рабочем кабинете, а через полчаса будет готов ужин.— Спасибо, — ответил ей гость. — Но я не думаю, что задержусь здесь надолго.«Хорошо устроился, однако. Слуга народа, блин», — подумал Игорь, поднимаясь по мраморной лестнице, вслед за этой милой девушкой.Внутренняя обстановка дома говорила о том, что над интерьером хорошо поработал дизайнер, а может быть даже и не один. Во всем присутствовал строгий минимализм, очень точно подчеркивающий любовь хозяина дома к деталям и полное отстранение от лишних предметов, которые никак не влияли на его бытовые потребности.Рабочий кабинет Степана Алексеевича располагался на втором этаже в левом углу дома, панорамные окна которого выходили на задний двор, где открывался завораживающий вид на бескрайние зеленые поля, местами изрезанные небольшими лесопосадками, среди которых возвышались величественные частные строения чиновников и бизнесменов.— Красиво, не правда ли? — не оборачиваясь от окна, обратился губернатор к Игорю, который только что переступил порог его кабинета.— Когда-то на эти поля мой отец приезжал на комбайне, чтобы собрать здесь очередной урожай пшеницы, — погрузился в воспоминания Степан Алексеевич, все также с интересом глядя в даль, сквозь импортные стеклопакеты. — Он часто меня брал с собой на уборку. Помню, мне тогда было лет одиннадцать, когда он сказал мне: «Знаешь, Степка, как было бы прекрасно, если бы люди научились не только брать у земли, но и в благодарность хотя бы не гадить на ней».— Интересно, а чтобы сказал твой отец, если бы узнал про твои махинации, с этими самыми землями, — прервал его Игорь, остановившись посреди кабинета.— Ну вот, взял и все испортил, — вздохнув, произнес губернатор и, повернувшись к гостю, добавил. — Чай, кофе или чего покрепче?— Кофе, без сахара, если можно.Когда Виктория скрылась за дверью, унося с собою пустой поднос, и оставив мужчин наедине в кабинете, Степан Алексеевич обратился к Игорю, который сидел в кресле напротив него.— Знаешь, Игорь… Ты, конечно, имеешь полное право считать меня бездушным коррупционером, но я хочу тебе кое-что сказать, пока мы еще не перешли к основной теме нашей встречи, — губернатор сделал глоток кофе. — Я, в отличие от своих предшественников, не высасываю из области последнее, погружая ее в долги, и отправляя население за черту бедности. При моем правлении много чего изменилось и, поверь мне, исключительно в лучшую сторону. И ни мне тебе рассказывать, как своеобразно в нашей стране устроена политическая система на любых уровнях. Да и вообще, ведь перед тем, как стать депутатом, ты ведь тоже умудрился запачкаться в достаточно сомнительных историях.— Я надеюсь, — произнес Игорь, держа в руках чашку с кофе, — ты не позвал меня за тем, чтобы капаться в нашем прошлом, и ворошить в нем грязное белье.— Я?! Исключено, — Степан Алексеевич вновь сделал глоток из чашки и пристально посмотрел на своего собеседника. — Все, что я сейчас хочу, так это то, чтобы ты изменил свое отношение ко мне. Один мой знакомый сказал: «Не важно, кем ты был вчера, и кем ты являешься сегодня, главное – кем ты стремишься стать завтра». Так вот, я предлагаю тебе забыть обо всем, что было раньше, и начать наше сотрудничество с абсолютно чистого листа. Как мы это сделали с Андреем.— Ты что-то там говорил про дружбу с Чугуновым, — напомнил ему гость их дневной разговор. — Можно об этом поподробнее?— Пожалуй, надо выпить.Губернатор поднялся с кресла, подошел к стеклянному шкафу, стоявшему позади его рабочего стола, достал оттуда бутылку коньяка, два фужера и вернулся назад. Разлив по бокалам малую часть содержимого бутылки, он пододвинул один бокал к Игорю, и произнес:— В память об Андрее.Опустошив свой бокал, Степан Алексеевич посмотрел на Ткачева:— Два с половиной года тому назад мы подписали долгосрочный контракт с китайцами, в рамках которого они должны будут построить на территории области три завода. Все это, естественно, не обошлось без участия нашего общего знакомого – генерала Паршутина. Нами была создана отдельная компания, которая должна была осуществлять техническое сопровождение всех трех проектов на их начальной стадии. Далее, кто-то из отдела планирования слил Чугунову «серые» схемы госзакупок, в которых участвовала эта компания, и с этими бумагами он пришел ко мне. Сперва он попросил за них выкуп, потом потребовал долю в проекте, но я предложил ему куда более выгодный вариант, если он поможет мне сократить до минимума влияние генерала, которое распространилось уже на всю нашу область.Губернатор вновь наполнил хрустальные сосуды, и они (не чокаясь) выпили их содержимое.— Андрей согласился с моим предложением, и мы начали с ним сотрудничество, которое потом, по моему мнению, перешло в дружбу. Именно он рассказал мне историю о Дмитрии Барышеве и той части документов, которые пятнадцать лет тому назад он получил от твоего московского редактора. Андрей потом еще пытался узнать у тебя хоть какие-то подробности того дела, но ты не смог дать ему ничего толкового.— Да, я помню, — Игорь, одним глотком допил остаток уже остывшего кофе. — Но я действительно не мог ничем помочь. Оригиналы всех имеющихся у меня компроматов я тогда передал Барышеву. Копии я не делал, решил не рисковать, хотя, теперь это кажется полной глупостью, а тот материал, что продал ему Сокольников, я даже в глаза не видел. Эдуард не любил посвящать людей в те дела, к которым они не имели отношений. Как он говорил: «Для их же безопасности». Ну а после того, как он погиб при загадочных обстоятельствах, все его секреты остались при нем.— Это уже и не важно, — губернатор слегка отмахнулся, и вновь потянулся к бутылке. — Мы начали работать в этом направлении самостоятельно, разработали стратегию и даже добились некоторых результатов. Андрею удалось убедить Сергея Черкасова в сотрудничестве с нами.В кабинете возникла короткая пауза, словно его хозяин давал гостю возможность обдумать то, что сейчас прозвучало из его уст.— Но все наши старания рухнули четыре месяца тому назад, когда Андрей неожиданно для нас всех слег с осложнениями. Черкасов сильно испугался, решив, что все это происки генерала и его попытки устранить конкурента, и в один день оборвал с нами все контакты…— А общался он только через Андрея? — прервал Игорь рассказчика.— Нет, — Степан Алексеевич серьезно посмотрел на своего собеседника, и сказал. — Прежде чем я начну называть тебе другие фамилии, и посвящать во все подробности, я хотел бы убедиться в том, что ты готов принять мое предложение.— И что это за предложение?— Продолжить роль Чугунова в нашем общем деле. Естественно, все, что должен был получить он, получишь ты.— Много там златых? — с иронией в голосе спросил гость.— На пару поколений хватит, если тратить все с умом.В этот самый момент в кабинет постучали, попросив разрешение войти и, после одобрения хозяина, в приоткрывшейся двери появилась Виктория:— Степан Алексеевич, ужин готов.— Благодарю, Вика. Мы скоро спустимся, — произнес губернатор и добавил. — Вы, кстати, можете ехать домой, ваш рабочий день на сегодня закончен.— Спасибо, — поблагодарила помощница шефа, и тихонько закрыла за собой дверь.— Ну, что скажешь, Игорь, — хозяин дома пристально посмотрел на своего собеседника. — Есть еще желание послужить обществу, и избавить его от настоящего злодея?Бывший журналист задумался на несколько секунд, разглядел с безразличием пальцы своей правой руки и, с улыбкой посмотрев на губернатора, произнес:— А почему бы и нет.— Отлично, — Степан Алексеевич протянул ему руку и, во время рукопожатия, добавил заговорщицким голосом. — За ужином представлю тебе третьего участника нашего тайного сообщества.Ужин оказался совсем не таким богатым, каким представлял его себе Ткачев. Пару легких салатов, запеченная целиком курица, две небольших тарелки с мясной и сырной закуской, и бутылка французского вина – все это стояло в центре огромного стола, за которым разом могли бы уместиться, как минимум, четырнадцать гостей. Приборов было на три персоны, как и обещал губернатор…Спустя пятнадцать минут в столовую вошел охранник и, подойдя к жующему хозяину, что-то шепнул ему на ухо.— Спасибо, Витя, — поблагодарил его губернатор.Отложив в сторону вилку, он протер губы салфеткой и обратился к гостю:— Ну что, вот и наш третий партнер пожаловал.После этого он повернулся в сторону входа, где через несколько секунд появилась та, от вида которой Игорь на секунду потерял дар речи, выронив из рук нож.— Не может быть, — произнес он, приподнимаясь со стула.                                                  Приемный сын (Часть 14) Спасительная идея Кости и таинственный ночной гость

— Ну что, давай, рассказывай свою идею по моему спасению, — обратился Антон к брату, накалывая на вилку остатки жареной картошки, оставляя на бежевой тарелке лишь пару кусочков пережаренного лука.
Костя допил из кружки остаток чая, посмотрел на брата, и вместо того, чтобы ответить на его вопрос, задал ему свой:

— Откуда этот убийца узнал про нашу встречу в части?Этот вопрос застал Антона врасплох. Он так и застыл на несколько секунд с вилкой у рта.— Вот блин, — тихо произнес парень, медленно положив кухонный прибор на тарелку. — Я про это даже и не подумал.После этих слов на его лице появилось выражение подозрительности, которое тут же заметил Костя:— А что это ты на меня так смотришь?— Об этом знали только мы с тобой, — нерешительно произнес Антон, и тут же поспешил предугадать следующий вопрос брата, дав на него ответ. — Но я тебе верю.В доме повисла незначительная тишина, нарушаемая лишь доносившимся снаружи приглушенным лаем соседской собаки.— Я все время был рядом с тобой, — Костя все же решил высказаться в свое оправдание, и это высказывание перешло в рассуждение. — Телефон свой я выключил сразу же, как только мы поговорили с этим чуваком. Новый телефон я распечатывал при тебе, и при тебе же вставил в него симку. По дороге мы нигде не останавливались и никому не звонили… Но мужик узнал про нашу встречу. Он мог, конечно же, следить за этим доброжелателем, и убил его за то, что тот хотел тебе рассказать что-то важное, то, что все от тебя скрывают… Но тогда зачем вообще было позволять ему туда приезжать? Чтобы запугать нас?Костя перевел свой взгляд на вещи, которые беспорядочно лежали на пошарпанном временем кожаном кресле. Среди двух кофт и джинс его внимание привлек рюкзак брата.— А ты всегда с этим рюкзаком таскаешься? — кивнул он в сторону кресла.Антон обернулся.— Ну да.Выйдя из-за стола, Костя подошел к рюкзаку и, взяв его в руки, принялся искать то, о чем пока лишь только догадывался. В этом текстильном изделии его интересовали подкладка и внутренние карманы, в одном из которых он и обнаружил пластиковый круг, размером с крупную таблетку, какими обычно бывают растворимые витамины.— Видал, — показал он его Антону, зажав между указательным и большим пальцем.— Маячок? — предположил брат.Костя внимательно рассмотрел свою находку и, обнаружив на ее обратной стороне выпуклую часть, напоминающую миниатюрный микрофон, почти шепотом произнес:— Жучок.Решение было принято моментально. Положив устройство слежения на край стола, Костя достал из ящика деревянную скалку, и двумя точечными ударами разбил его на несколько десятков мелких кусочков.— Надо и остальные вещи проверить, — посмотрел он на брата, приложив указательный палец к губам.В полной тишине братья проверили все свои вещи, но, к счастью, тот жучок оказался единственным устройством, которое позволяло таинственным наблюдателям или наблюдателю, быть в курсе всех их дел.Они одновременно опустились устало на диван, от чего тот издал скрипучий звук, словно высказывал свое недовольство, ощутив на себе человеческую тяжесть.— Значит, твой доброжелатель был не единственным человеком, который за нами следил, — сделал вывод Костя. — Но знаешь, что самое фиговое? — он повернул к Антону голову. — Так это то, что у этого жучка ограниченный радиус действия.— Это как? — не понял его слов брат.— Ну, я как-то хотел одному чуваку в его тачке почти такого же слухача установить. Так вот, у всех тех, что можно было найти в продаже, радиус действия был не больше пятисот метров.— Капец, — Антон резко подскочил с дивана и стал испугано озираться по сторонам. — Так это… он знает где мы прячемся, и может в любой момент сюда нагрянуть…— Да успокойся ты, — оборвал его Костя. — Если бы мы были ему нужны, он бы нас уже давно завалил. И если не здесь, то в части уж точно.— Что будем делать? — взяв себя в руки поинтересовался Антон, и тут же сам ответил на свой вопрос. — Давай в город вернемся, я здесь ночевать не буду.Костя, казалось, совсем не обращал внимание на слова брата. Он сосредоточенно над чем-то размышлял, глядя в лишь одному ему видимую точку в полу посередине комнаты.— Помнишь, — начал он, переведя свой взгляд на брата. — Мой батя писал, что тебе надо будет исчезнуть за пару месяцев до твоего восемнадцатилетия?— Помню.— Это означает, что после того, как тебе стукнет восемнадцать, твоя жизнь будет в опасности, или случится что-то такое, чего ждут все эти люди.— И что со мной может случиться? — насторожился Антон.— Ну… как вариант: уколешься веретеном и уснешь, — пошутил Костя. — И будешь ждать своего принца, который разбудит тебя страстным поцелуем.— Да блин, я серьезно, Костян! — психанул брат и, тут же вспомнив недавние слова Кости, добавил. — Твой план. Какой он?— У Натали в Москве есть тетка, — начал старший брат, после небольшой паузы. — Она уже давно ее звала к себе, ну а Натаха без меня в полный отказ идет, даже в институт туда не хочет ехать поступать. Со мной даже батя ее беседу проводил, думал, что это я ее отговариваю от таких классных перспектив. А мне оно нафиг не надо: я ее и не отговариваю, но и не уговариваю. Мне в столице делать нечего…— Можешь поподробнее, — занервничал Антон.— Короче, — Костя ударил себя ладонями по коленам и поднялся с дивана. — Если тебе и надо исчезать, то, чем скорее, тем лучше. И сделать это надо так, чтобы кроме нас двоих больше никто не знал о том, куда исчез Черкасов Антон. Даже родители.— Да мать с ума сойдет, если я так пропаду, — не согласился с ним брат. — Я не хочу, чтобы ее удар хватил. Да я лучше домой вернусь, и все, буду жить так, как твой батя сказал. В ментовку пойду сдамся, расскажу все про этого стрелка, и для чего мы туда с тобой приехали…— Ну, тогда, есть еще один вариант.— Какой?— Надо к блогерам обратиться, — присаживаясь назад на диван, ответил Костя. — Создадим информационный шум, на него обратят внимание в Москве, может кого-то пришлют с большими погонами, начнут рыться в ситуации… может чего нароют. Так у тебя будет общественная поддержка, и те, кто захочет тебя убрать, побоится этого сделать, так как ты уже будешь публичная личность. Не помогут блогеры, к Малахову пойдем… он такие истории любит. В общем, ты понял мою мысль, братуха?— Да ты, оказывается, шаришь, банка консервная, — с радостью в голосе отшутился Антон и, подойдя ближе к брату, потрепал его по голове.— Ну-у, — недовольно буркнул тот. — Прическу испортишь.Антон с облегчением опустился в кресло рядом с братом. Улыбка на его лице говорила о том, что он полностью был с ним согласен, и готов реализовать его план.Остаток вечера братья посвятили детальной проработке своих дальнейших действий. На память вспомнили имена блогеров, которым могла бы быть интересна эта тема. Обсудили: как и о чем будут говорить, где можно приукрасить, а где лучше опустить подробности, чьи имена будут называть, а чьи лучше оставить в тени. В конце обсуждения у Кости даже возникла идея подзаработать на таком эксклюзивном материале, но Антон категорически запретил ему даже думать об этом:— Если потом всплывет, что мы за это еще и бабки взяли, то про общественную поддержку можно будет забыть. Набегут хейтеры в комментах (люди, изливающие гнев в комментариях – прим. автора), да такое там устроят, что мы с тобой окажемся для всех клоунами, решившими хайпануть на выдуманной теме.— Да, пожалуй, ты прав, — согласился с ним брат, вырывая из пожелтевшей тетрадки лист с расписанным планом действий и, протягивая его брату, добавил. — Спрячь его в рюкзак. Завтра в город приедем, покопаемся в интернете, может еще чего-нибудь придумаем.После этих слов Костя широко зевнул, подтянулся и произнес:— Давай спать, а то я что-то капец как устал.— Так время только восемь вечера. Куда спать? — удивился Антон.— Раньше ляжем, раньше встанем, — вновь зевая ответил ему Костя. — Надо еще забаррикадироваться на всякий случай, чтобы нежданные гости не смогли прийти неожиданно.В этот момент на Антона вновь нахлынули чувства тревоги и страха. Перед глазами возникло заброшенное здание КПП, комната и неподвижное тело незнакомца, с которым он еще недавно разговаривал по телефону, а сейчас тот лежал на полу среди стеклянных осколков разбитых бутылок, кирпичей и прочего мусора. И этот резкий запах общественного туалета, который, казалось, будет теперь постоянно преследовать Антона.— Ты это о чем там задумался? — вернул его в реальность Костя.От неожиданности он вздрогнул и, испуганно посмотрев на брата, ответил:— Да так. Не обращай внимание.— Ну тогда пошли, будем обустраивать позиции.На улице уже практически стемнело, когда парни с помощью подручных средств закончили баррикадировать изнутри двери и окна. Конечно, такая защита не могла спасти их от нападения, но она вполне себе способна была предупредить их о незваных гостях. Для подстраховки Костя еще сделал себе шиповую биту (палку с гвоздями на конце), которую положил рядом со своей кроватью.— Спать лучше в одежде, — предупредил он брата, когда тот только начал снимать джинсы. — На случай, если вдруг придется убегать среди ночи, — и засмеявшись, добавил. — А то в труселях будет как-то стремно.— Вот можешь ты утешить, братуха, — обиженно произнес Антон, возвращая джинсы обратно на талию…Антон проснулся от неожиданного шума, доносившегося с улицы. Звуки, которые сейчас улавливал его слух, были похожи на то, что кто-то очень грубо пытался открыть запертую на замок входную дверь, скорее всего, применяя при этом монтировку, просунув ее в небольшую расщелину между дверью и дверной коробкой.Моментально к этим внешним звукам добавился и внутренний звук, издаваемый усилившимся сердцебиением. Антон медленно поднялся с постели, и посмотрел на соседнюю кровать, в которой абсолютно неподвижно спал Костя. Он осторожно вступил на пол и, стараясь как можно тихо, подошел к брату:— Костян, Костян, — прошептал он дрожащим голосом, слегка похлопывая его по плечу.— А… что такое? — испуганно приподнялся Костя с кровати.— Тихо, — Антон схватил его за руку, и также шепотом добавил. — Там кто-то дверь пытается вскрыть.Костя мгновенно схватил приготовленную им палку и, не сводя глаз с двери, направился к расположенному рядом со входом окну, к которому они накануне вечером придвинули деревянный шкаф. В небольшую расщелину, между шкафом и оконной рамой, он смог разглядеть черный силуэт человека, который сейчас возился снаружи возле двери, пытаясь ее взломать. Антон все это время находился на своем прежнем месте, пытаясь разглядеть в темноте хоть что-то, что могло бы послужить ему орудием самообороны, на тот случай, если ночной гость вломиться сейчас в дом.— Тебе чего надо, урод! — неожиданно прокричал угрожающе Костя, и тут же замер, в ожидании реакции незнакомца.Донесшийся изнутри дома крик стал для этого человека настолько неожиданным, что он выронил из рук монтировку, которая с грохотом упала на пол деревянного крыльца. Не тратя времени на то, чтобы ее подобрать, незнакомец со всех сил бросился со двора, тут же пропав из поля зрения Кости.— Антоха! — позвал он брата. — Пошли шкаф отодвинем.Освободив окно от деревянной завесы, братья стали пристально вглядываться через его грязные стекла в уличную темноту, пытаясь разглядеть во дворе хоть какие-то признаки чужака. Но снаружи все было тихо, так, словно ничего и не было пару минут тому назад.— Кто это мог быть? — задал Антон вопрос в пустоту.— Да кто угодно, — напряженно ответил Костя. — От твоих недоброжелателей, до бомжа, решившего поживиться дачным имуществом. Ведь снаружи дом выглядит так, словно в нем никого нет.После этого он повернулся к брату:— В любом случае, кто бы это ни был, утром валим отсюда…К восьми утра парни уже выезжали на трассу, ведущую в город, где, как им тогда казалось, они могли быть в куда большей безопасности, чем за городом.                                                  

Приемный сын (Часть 15) Генерал Паршутин разыгрывает свою партию

— А вы точно в аварии не участвовали? — поинтересовался у Кости инспектор ДПС, остановивший их машину при въезде в город, и теперь с важным видом осматривавший припаркованный на обочине автомобиль, делая вокруг него уже пятый по счету круг.
— Да говорю же вам, нет! — начинал терять терпение Костя. — Уроды какие-то магнитолу, ведать, хотели спереть, вот и разбили ночью стекло.Перед отъездом в город парням пришлось на скорую руку заклеить скотчем, образовавшийся проем в заднем окне авто, чтобы не особо привлекать к себе внимание. Но это, видимо, не помогло.— А заявление почему не написали? — не унимался с допросами инспектор, присев на корточки, и пристально всматриваясь в задний бампер. — Царапины у вас тут… какие-то… подозрительные.— Да вы издеваетесь что ли? — не выдержал парень, перейдя на повышенный тон. — Этим царапинам уже больше года. Вы либо выписывайте штраф, если я что-то нарушил, либо возвращайте документы и мы поедем дальше.Представитель закона поднялся со вздохом, поправил на голове слегка съехавшую на лоб фуражку и, сделав важный вид, произнес:— Уж больно агрессивно вы себя ведете, молодой человек? — после этого он слегка прищурился и строго спросил. — Что из запрещенных веществ употребляли?— Ничего я не употреблял, — как можно спокойнее ответил Костя, признав себе, что до этого слегка переборщил с интонацией. — Вы просто толком ничего не говорите, а уже минут десять меня тут мурыжите.Инспектор еще раз посмотрел на бампер, потом вновь на водителя.— Да что вы так на меня смотрите? — раздраженно спросил Костя. — Не употребляю я ничего. Я на спорте.— Охотно верю вам, молодой человек, — с усмешкой ответил инспектор, и посмотрел на противоположенную сторону дороги, где только что припарковался черный минивэн. — Но вынужден буду проверить ваши утверждения. Пройдемте со мной на пост, и доверимся результатам современной чудо техники.Костя подошел к передней пассажирской двери, предупредил Антона, чтобы тот заблокировал двери и не на шаг не отходил от машины, после чего направился в след за вяло идущим инспектором, который в одной руке держал его документы, а в другой играючи крутил жезл.— Ну что, Володя, твой выход, — произнес генерал Паршутин, как только они скрылись за дверью поста. — Смотри там, не переиграй.— Сделаю все на высшем уровне, Илья Анатольевич, — ответил ему помощник, и открыл дверь минивэна.Перебежав на другую сторону, он подошел к машине парней и, постучав в боковое стекло, жестом попросил Антона его опустить.— Вам чего? — поинтересовался у него парень, в образовавшуюся от нажатия им кнопки щель в пару сантиметров.— Не бойся, Антон, мне надо с тобой переговорить, — слегка наклонившись, прокричал мужчина, чтобы его было слышно в шуме проносящихся мимо машин. — Я хочу рассказать тебе про твоего отца… настоящего отца, Колю Слонецкого. Открой, пожалуйста.Парень опешил от услышанного. Он с опаской огляделся по сторонам, потом посмотрел в сторону поста ДПС, и вновь перевел свой взгляд на незнакомца.— Что за бред? Я знаю, кто мой настоящий отец, — прокричал он уверенным голосом. — Вали отсюда, пока я ментов на помощь не позвал.Володе ничего не оставалось больше делать, как наклониться еще ниже и, оказавшись лицом на уровне открытой части окна, перейти к первой стадии реализации плана его шефа.— Мы дружили с твоим отцом, и я помогал ему решать одну проблему, из-за которой потом их всех убили.Мужчина сделал паузу, чтобы оценить реакцию парня на его слова.— Но вчера мне позвонил незнакомый мужчина и сказал, что у него есть очень важная информация о твоем отце, и что он будет встречаться с тобой на территории военной части, чтобы передать ее тебе. Тебе удалось встретиться с этим мужчиной, и получить от него эту информацию?Антон на минуту задумался, переваривая в голове услышанное и пытаясь сообразить, как ему поступить дальше.— Как вы меня нашли?— Я полицейский, — ответил Володя, достав из внутреннего кармана пиджака поддельное удостоверение на чужую фамилию и, показав его парню, продолжил. — Это я попросил инспекторов, чтобы они вас задержали, когда вы будете возвращаться в город.Он огляделся по сторонам и добавил:— Я был вчера там, в части. И знаю, что вы тоже там были. Поверь, Антон, я не меньше тебя хочу разобраться, кто тогда убил твоих родителей и почему это на самом деле произошло. То, что сейчас происходит вокруг тебя, может закончиться очень плачевно…— Мы ни с кем не встречались, — оборвал его Антон. — Мы с братом были на даче, сейчас едем домой. И вообще, я вас впервые вижу, и знать вас не знаю, чтобы вам верить.Помощник Паршутина тихонько выругался.— Давай сделаем так. Ты приедешь домой, все обмозгуешь, потом наберешь меня, и я тебе расскажу то, что знаю я, а ты мне расскажешь то, что знаешь ты. И поверь мне, я расскажу тебе куда больше, чем все твои родственники. Кстати, — он посмотрел в сторону поста. — Никому не говори про наш разговор. Твой брат, он может вести двойную игру, по заданию своего отца и вашей бабки, которая имеет отношение к гибели твоих родителей.Эти слова незнакомца Антон воспринял очень болезненно. Его сердце заколотилось с такой силой, что слегка закружилась голова.— Вот, возьми, — Володя просунул в салон свою визитку. — Как будешь готов, набери мне.После этих слов он удалился, и быстрым шагом направился к ожидавшему его автомобилю. Как только он закрыл за собой дверь, черный минивэн резко сорвался с места, оставляя позади себя клубы пыли.Антон молча смотрел ему в след, держа в руках серый прямоугольник плотной типографской бумаги, на которой были указаны звание, должность и ФИО незнакомца.Через пару минут вернулся Костя. Со злостью закрыв за собой дверь, он повернул ключ в замке зажигания и, надавив на педаль газа, прокричал:— Уроды конченные.Антон молча смотрел на него, пытаясь понять: что могло бы быть подозрительным в его действиях, которые выдавали бы в нем предателя…Стремительно отдаляясь от черты города, служебный автомобиль генерала Паршутина лавировал между попутными машинами, направляясь в сторону его загородного дома.— Значит, правильно мы поступили, что вызвали в нем подозрение к бабке, — сделал выводы генерал, выслушав отчет своего помощника. — Надо всех Черкасовых из игры вывести, чтобы пацан даже спиной боялся к ним повернуться.— Все сделаем, товарищ генерал, — заверил его Володя. — Сейчас главное, чтобы он никому не рассказал про наш с ним разговор, и если это произойдет, то считайте, что он у нас на крючке…Днем ранее Илья Анатольевич встречался со своим шурином – полковником Калмыковым. Генерал решил изменить тактику своей игры. Вместо того, чтобы придерживаться разработанного им же много лет тому назад плана, он теперь намеревался обыграть всех тех, кого косвенно или напрямую касались дела пятнадцатилетней давности.— Витю Черкасова надо временно поместить в ШИЗО, и чем на дольше, тем лучше, — высказал он свою идею, когда они остались вдвоем в квартире полковника, проводив его дочь и супругу на прогулку.— И как ты себе это представляешь? — поинтересовался шурин, присаживаясь на диван. — Он в последнее время ведет себя так, словно у него крылья за спиной выросли. Как узнал про перспективу УДО, так все лагерные темы обходит стороной.— Да пусть твои дебилы телефон у него найдут, вот и будет тебе повод! — раздраженно прокричал генерал. — Напряги начальника колонии, чтобы он шмон устроил. Заставь этого козла бабки отрабатывает, которые я ему плачу.— Вот ты думаешь, что там вот так вот все просто? — в тон ему ответил хозяин квартиры. — Ты думаешь, что арестанты там с мобилами в руках по лагерю гуляют? Черкасов ведь тоже не дурак, он сейчас постоянно перестраховывается. Два раза уже пытались его на этом взять, и каждый раз одна и та же картина – пустой он.— Ладно, не злись, — успокоил генерал его и себя. — Мой человек уже прибыл в лагерь?— Завтра, в первой половине дня, — полковник скрестил на груди руки, и слегка насупившись дал гостю понять, что его прежний тон был для него совсем неуместен.— Долго его в карантине не держите, а отправляйте в барак. Он уже получил от меня инструкции, как спровоцировать Черкасова.— Но он же должен был за ним присматривать? — напомнил полковник, недавние слова генерала.— Мы сейчас в режиме войны, Сеня, — строго посмотрел на него Паршутин. — Потому, действуем по обстановке. И скажи еще спасибо, что у нас есть возможность менять стратегию. Ведь как говорил мой учитель по стратегическому планированию: «В преступлении, как и в жизни – лишь у жертвы нет своей стратегии»…Когда машина генерала уже практически была рядом с его домом, у его помощника зазвонил телефон.— Слушаю, — сухо ответил Володя.Он внимательно выслушал звонившего, задал ему несколько уточняющих вопросов и, завершив звонок, обратился к шефу:— Товарищ генерал, ребята с наружки звонили.— И? — лениво произнес Илья Анатольевич, откинувшись на спинке кресла и прикрыв глаза, изображая из себя спящего.— Десять минут тому назад, домработница Андрея Воронцова обнаружила его мертвым, в его же собственной постели. Пулевое в голову.— Твою ж мать! — выругался генерал, резко открыв глаза. — Этого еще нам не хватало. Паша! — обратился он к водителю. — Давай к дому Воронцова. Володя, скажи ему адрес.Через час машина генерала остановилась возле дома бизнесмена, где уже во всю шли следственные действия. Дежуривший у входа лейтенант провел Паршутина и его помощника в спальню, в которой был обнаружен хозяин дома.— Ну что тут у вас, майор? — обратился генерал к высокому мужчине лет сорока в форме следователя.— Здравствуйте, Илья Анатольевич! — поприветствовал он важного гостя. — Вот уж и не думал, что информация до вас дойдет так быстро.— Мимо проезжал, смотрю, что-то интересное происходит. Вот и зашел узнать, чем это вы тут занимаетесь, — отшутился генерал, и уже более серьезно добавил. — Докладывай, майор.— По показаниям свидетельницы мужчина…— Да знаю я, кто этот мужчина, — грубо прервал его Илья Анатольевич. — Давай ближе к делу.Майор слегка обидевшись, продолжил:- Скорее всего, оружие было с глушителем, так как соседи не слышали выстрела. По показаниям этих же соседей, Воронцов вчера изрядно выпил. Около двенадцати ночи он приходил к ним, чтобы они составили ему компанию. Говорят, еле стоял на ногах. Внизу мы нашли две пустые бутылки из-под виски, каждая по ноль семь…— Потому он и спал так крепко, что не услышал приближение убийцы, — сделал вывод Володя, но, поймав на себе строгий взгляд шефа, произнес. — Извините.— Скорее всего, — согласился с ним майор. — Мои люди осмотрели дом, и по первым признакам, убийца проник через подвальное окно. Жертва вчера в обед распустил всю прислугу, и оставался в доме один. После такой дозы спиртного вечером ему, естественно, уже было не до безопасности.Майор посмотрел на кровать и добавил:— По первым признакам, работал профессионал.Генерал еще минут десять походил по дому, пообщался с экспертами и перед уходом вновь обратился к майору.— Сравните почерк и пули со вчерашним преступлением в части. Уж больно мне кажется, что у всего этого один и тот же художник.— Будет сделано, товарищ генерал.По дороге к машине Илья Анатольевич дал распоряжение своему помощнику:— Используй это в наших интересах в партии с пацаном. Скажи ему, что кто-то занялся устранением опасных свидетелей, и следующей жертвой может стать кто-нибудь из его родственников. И если он не станет с тобой сотрудничать, то ты не сможешь ему ничем помочь.— А если он не поверит? — засомневался Володя в словах шефа.Генерал резко остановился и пристально посмотрел на помощника:— Тогда, кто-то из Черкасовых должен будет стать сакральной жертвой.Первая часть рассказа: Часть 1. Секрет семьиВсе герои и события вымышлены. Любое совпадение — случайность.© Все права защищены. Автор: Николай Дюба 2020 г.

Мне нравится3
Добавить в закладки
Назначить теги
970
Подписки
Подписаться на пользователя Руслан
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!